Одиночные темы Наука и человеческое поведение. Перевод книги, ответы на вопросы и обсуждение...

Science and Human Behavior, B.F. Skinner
Формирование и поддержание опернатного поведения.
1 Целостность поведения.
Оперантное обуславливание формирует поведение, как скульптор формирует кусок глины. Хотя в определенный момент скульптор кажется создал полностью новый объект, мы всегда можем проследить процесс в обратной последовательности вплоть до изначальной недифференцированной глины, и мы можем сделать последовательные переходы, с помощью которых мы вернемся к этому состоянию [недифференцированной глины], настолько мылых как мы хотим. Ни в какой момент не возникает что-либо очень отличное от предыдущего. Финальный продукт выглядит обладающим особой гармонией или полнотой дизайна, но мы не можем найти момент, когда это вдруг проявилось. В том же смысле, оперант – это не что-то появляющееся польностью произошедшим в поведении организма. Это является результатом последовательного процесса формирования.

Экспреримент с голубем [http://anglerhood.livejournal.com/177563.html#cutid1] ясно это демонстрирует. “Поднимание головы” – это не отдельный элемент поведения. Он не поставляется, так сказать, в отдельной упаковке. Мы подкрепляем только слегка необычные значения наблюдаемого поведения, пока голубь стоит или ходит вокруг. Нам удалось сдвинуть весь диапазон высот, на которых деражится голова [голубя], однако нет ничего такого, что может быть описано как новая “реакция”. Такая реакция, как поворачивание щеколды в ящике, выглядит более дискретным событием, но только из-за того, что неразрывность этого поведения с другим более сложно наблюдать. В голубе, реакция клевка по точке на стене ящика кажется отличающейся от вытягивания шеи, потому что никакое другое поведение не похоже на него[клевок по стене]. Если при подкреплении такой реакции мы ждем его появления – и мы можем ждать много часов, дней или недель – все событие выглядит появившимся целиком в финальном виде и будет усилино как оно есть. Может и не быть подходящего поведения, которое может быть описано как “почти клевание точки”.

Последовательная связь между между таким оперантом и общим поведением птицы тем не менее может быть легко продемонстировано. Это является основой практической процедуры тренировки[setting up] сложной реакции. Для того чтобы вызвать клевание голубем точки как можно быстрее мы сделаем следующие действия:
Сначала мы даем пищу птице, когда она слегка поварачивается в сторону точки находясь в любом месте клетки. Это увеличивает частоту такого поведения.
Затем мы удерживаем подкрепелние до момента, пока голубь совершит небольшое движение по направлению к точке. Это опять же изменяет общее распределение поведения без создания нового действия.
Мы продолжаем, подкрепляя положения [голубя] последовательно ближе к точке.
Затем подкрепляем только тогда, когда голова [голубя] двигается слегка вперед.
И в конце-концов [подкрепляем] только тогда, когда клюв касается точки.
Мы можем достичь такой финальный результат в замечательно короткое время. Голодная птица, хорошо адптированная к ситуации и пищевому лотку, может быть приведена к такой реакции за две или три минуты.

Изначальная вероятность реакции в ее финальном виде очень низка, в некоторых случаях она может быть даже нулевой. В таком случае мы можем построить сложные операнты, которые никогда не появятся в репертуаре организма иным образом. Подкрепляя серии последовательных приближений, мы приводим редкую реакцию к высокой вероятности за короткое время. Это является эффективной процедурой, потому что она признает и утилизирует непрерывную сущность сложного поведения. Общее действие поворачивания к точке, приближения к ней, поднимания головы и удара по точке может выглядет функционально когерентной единицей поведения. Однакое, это было сконструировано последовательным процессом диффиренциального подкрепления из недифференцированного поведения, точно также как скульптор формирует свою фигуру из куска глины. Когда мы ждем единичный целый пример поведения, мы подкрепляем похожую цепочку, но намного менее эффективно, потому что ранние этапы поведения не достаточно усилены.

Этот пример неточен в одном отношении. Мы моможем заметить отсутствие непрерывности между приближением головы [голубя] близко к точке и клеванием. Клевательное движение обычно возникает как очевидно законченная единица. Существует два возможных объяснения этого. [Первое,] взрослый голубь уже развил хорошо оформленную клевательную еакцию, которая может возникнуть в данном случае. История этой реакции должна показывать похожую непрерывность, если мы сможем ее [историю реакции] проследить. В тоже время, возможно, что отсутствие непрерывности [в данном случае] возникло на генетическом уровне, и в такой птице как голубь клевательная реакция обладает особенной силой и особенной когерентностью как формы поведения вида. Рвота и чихание является человеческими реакциями, которые вероятно обладают похожей генетической целостностью. Непрерывность с другими формами поведения должна быть увидена в эфолюционном процессе. Но эти генетические единицы являются редкими, покрайне мере у повзоночных животных.Поведение, которое мы обычно рассматриваем, с теоритической или практической точки зрения, является непрерывно измененным основным материалом, который по большей части недифференцирован.

Посредством подкрепления слегка необычных случаев поведения, ребенок учится подниматься, стоять, ходить, хватать объекты и перемещать их. Позже, посредством того же процесса, он учится говорить, петь, танцеват, играть в игры – короче, [учится] демонстрировать огромный репертуар характерный для нормального взрослого человека. Когда мы исследуем поведение на этих поздних этапах, мы находим удобным определять различные операнты, которые отличаются в топографии и производят различные последствия. Таким образом поведение разбито на части для облегчения анализа. Эти части являются единицами, которые мы принимаем в рассчет и чьи частоты играют важную роль в достижение законов поведения. Они являются действиями, на которые в словоре неспециалистов [layman], поделено поведение. Но если мы начнем принимать в рассчет большинство их количественных характеристик, основанное на непрерывности сущность поведения должна быть забыта.

Отрицание этой характеристики ответственно за несколько трудных проблем в теории поведения. Примером является эффект иногда называемый “генерализация реакции”, “перенос”[transfer] или “индукция реакции”. В подкреплени одного операнта мы часто создаем заметное увеличение силы другого. Тренировка в одной области искусного поведения может улучшить результаты в другой области. Успех в одном виде деятельности, может увеличить тенденцию быть активным в других. Устраивая оптимальные подкрепляющие зависимости в клинике или учреждении, психотерапевт усиливает поведение целиком в мире. Но как это возможно? Что это за “перенос”, который кажется усиливает поведение без прямого подкрепления? Это хороший пример псевдо проблемы. Мы разделяем поведение на жесткие и быстрые единицы, и затем удивлены что организм не признает границы, которые мы установили. Сложно постигать две реакции, не имеющие что-то общее. Иногда используется таже мускульная система. Эффект подкрепления может отражать этот факт, а не наше произовольную практику называния реакций отдельными единицами. Опять же, когды мы подкрепляем конечную реакцию в последовательности содержащей много предварительных членов, мы можем усилить все единицы, которые содержат такие же предварительные члены. Наш навык манипулировать орудиями труда и инструментами переносятся с одной области подкрепления на другую. В традиционное объяснении переноса утверждается, что вторая реакция усливается только в том случае, если эта реакция “обладает идентичными элементами”. Это является попыткой поддержать представление о единице реакции. Более полезным способом сделать это будет сказать, что _элементы_ осиливаются где бы ни происходили. Это приводит нас к определению элемента, а не реакции в качетстве единицы поведения. Это что-то в роде поведенческого атома, который не может появится сам по себе в любом случае, но при этом является существенным ингридиентом или компонентом всех наблюдаемых случаев. Подкрепление реакции увеличивает вероятность всех реакций содержащих теже элементы. Словесное поведение предоставляет особенно хорошие примеры необходимости рассматривать эти атомы. Огромное количество словесных реакций производятся одной и той же мускулатурой. В тоже время, эти реакции предположительно составлены из довольно малого количества похожих элементов. Это обычно не признаётся в обычной практике рассмотрения словесного поведения как составленного из отдельных единиц. Например, “слова” грамматистов. Строгий анализ показывает, что слов ни коим образом не является функциональной единицей. Большие комлексы словы – идиомы, фразы, или запомненные выражения – могут изменяться вместе под контролем одной переменной. С другой стороны, мы можем наблюдать отдельный функциональный контроль “атомов” как минимум таким малых, как отдельных звуков речи. Мы должны различать эти малые единицы для того, чтобы объяснять такие искаженные словесные реакции как случайная перестановка звуков, частей слов или слов [например, sons of toil вместо tons of soil] или некоторые оговорки, также как и стилистические приемы аллитерации [вид повтора (иногда – ошибочно – называется рифмой) – совпадение начальных или начинающих ударный слог согласных в словах, встречается обычно в стихе (где может нести различную функциональную нагрузку), также в идиоматических выражениях и др.], ассонанса [неполная рифма одних гласных], ритма и рифмы.

Нам не хватает адекватных инструментов для того, чтобы иметь дело с непрерывностью поведения или с взаимодествием посреди оперантов могущих быть отнесенных к общим атомическим единицам. Однако, оперант представляет правомерный уровень анализа, потому что качества определяющие реакцию являются наблюдаемыми данными. Заданый набор качеств может быть заданной функциональной единицей. Хотя, в конечном итоге должны быть разработаны методы, которые не будут выделять единицы на этом уровне, они[методы] не являются необходимыми для нашего понимания принципиальной динамики качеств поведения.